Кэй Скарпетта возвращается в Вирджинию, чтобы снова занять пост главного судмедэксперта, но работа сразу превращается в вязкое болото из старых улик и новых трупов. Она проводит часы в стерильной секционной, копаясь в биоматериалах и пытаясь понять, почему методы убийств так подозрительно напоминают дела десятилетней давности. Кэй постоянно отвлекается на звонки, на которые не хочется отвечать, и разгребает завалы в лаборатории, где оборудование вечно барахлит в самый неподходящий момент. Параллельно с осмотрами мест преступлений ей приходится выслушивать претензии руководства и пытаться наладить быт в доме, который до сих пор кажется чужим. Постоянное напряжение идет не от экшена, а от того, как она внимательно разглядывает каждый микроскопический след под линзой, понимая, что за ней кто-то наблюдает из тени коридоров управления.
В это же время в ее жизни снова появляется сестра Дороти, и их встречи всегда заканчиваются недосказанностью или мелкими упреками из-за событий прошлого. Они сидят на кухне, пьют остывший кофе, и за внешним спокойствием чувствуется огромная дистанция. Дороти приносит с собой ворох семейных тайн, которые Кэй предпочла бы оставить в архивах, но теперь они сплетаются с ее текущим расследованием. Пока Скарпетта пытается сопоставить отчеты токсикологов и странные повреждения на телах жертв, ей приходится сталкиваться с тем, что близкий человек может быть связан с чем-то крайне неприятным. Город за окном выглядит серым и холодным, а в морге становится все теснее от улик, которые не складываются в единую картину, пока Кэй не признает, что ошибки прошлого напрямую влияют на то, кто окажется на ее столе следующим.